Аптеки просят государство полностью отпустить цены на лекарства и препараты, не вошедшие в число жизненно необходимых

Аптеки уверяют, что из-за экстренного замораживания цен на препараты лишились до 8% оборота. Крупные сети смогут компенсировать потери за счет потребителя, а аптеки в малонаселенных пунктах могут закрыться, признают эксперты.

«На 1 апреля наши убытки в результате переоценки жизненно важных препаратов составили примерно 10% от оборота, сегодня, надо полагать, эта цифра несколько уменьшилась», – озвучила предварительные итоги работы в новых условиях исполнительный директор Российской ассоциации аптечных сетей (РААС) Нелли Игнатьева. Уменьшилась потому, что регистрация лекарств из перечня ЖНВЛ все еще продолжается, и есть шанс, что «зависшие» в аптеках незарегистрированные производителями лекарства все-таки будут реабилитированы и поступят в продажу. Пока незарегистрированными, по данным РААС, остаются порядка 60 лекарственных форм.

Из-за убытков, которые несут аптеки, особенно в малонаселенных пунктах, они будут закрыты, пугают представители аптечного бизнеса. И это притом, что у нас на 1 аптеку приходится не 2-2,5 тыс жителей, как в Европе, а в два раза больше.

Ввести контроль за ценами на ЖНВЛС (в него входит порядка 2 тысяч торговых наименований) власти решили после того, как в 2008 году медикаменты подорожали сильнее, чем все потребительские товары. Производители лекарств должны были предоставить для регистрации производимых ими ЖНВЛС информацию о продажах за прошлый год, на основе которых по заданной формуле рассчитывалась регистрируемая цена препарата. Поскольку в формуле учитывалась только цена контракта и игнорировались его условия (например, в отдельных случаях цена могла быть снижена за счет того, что реализации подлежал препарат с небольшим оставшимся сроком годности), произошло усреднение и, как следствие, значительное падение средней цены.

При этом аптекам не разрешили распродавать остатки закупленных ими препаратов из числа жизненно необходимых по старым ценам, а вынудили привести их к 1 апреля в соответствие с теми, что установило на них государство. Представители аптечного бизнеса в ужасе: препарат из перечня жизненно необходимых, который вчера был закуплен ими по 700—900 рублей, сегодня надо продавать не дороже 200-300. «Аптекам, которые смогут договориться по цепочке дистрибьютор - производитель о снижении цен, удастся сохранить свою рентабельность, а это вполне реально, учитывая, что многие дистрибьюторы находятся на отсрочке платежа, – говорит Настасья Иванова, генеральный директор Национальной дистрибьюторской компании. – Тем же аптекам, которые не смогут вернуть лекарства обратно дистрибьютору по старым ценам, придется компенсировать свои убытки за счет потребителей».

Аптеки уже поднимают цены на лекарства не из списка ЖНВЛС, но не все это могут сделать. «65 субъектов федерации используют свое право регулировать наценки на весь аптечный ассортимент, – сетует исполнительный директор Российской ассоциации аптечных сетей Нелли Игнатьева. – Мы просим все, что не ЖНВЛС, отдать на свободное регулирование, чтобы хоть как-то компенсировать потери».

Однако по завышенным ценам такие лекарства будут хуже покупать. Снижению издержек в цепочке от производителя до аптек может способствовать заключение участниками рынка трехсторонних соглашений наряду с действующей сегодня практикой работы через аукционы, считают представители рынка. «Надо перейти на заключение трехсторонних договоров между аптеками, дистрибьюторами и производителями, – говорит заместитель гендиректора «Аптечной сети 36,6» Герман Иноземцев. – В этом случае аптека получит товар по фиксированной минимальной цене, а производитель – гарантированный розничный канал продаж».

Проблемы есть не только у аптек, но и фармпроизводителей. Некоторые препараты навсегда покинули российский рынок, в их числе и отечественные, например, атропин. «Выпускавшая его компания прежде произвела данный препарат под госзаказ на полтора года вперед, – рассказывает Давид Мелик-Гусейнов, директор по маркетинговым исследованиям ЦМИ «Фармэксперт». – А поскольку государство его полностью не выкупило, компании ничего не оставалось, как выпустить его на рынок с дисконтом на 10% ниже себестоимости, чтобы хоть какие-то деньги за него выручить до истечения срока годности». И именно эту цену фирме зарегистрировали, поэтому российского атропина больше на рынке нет. Зато есть более дорогой украинский, который мы теперь закупаем. Навсегда пропал с рынка отривин, но у него есть джинерики, ими можно пользоваться, но тот, кто привык пользоваться отривином, больше его не увидит.

«Фармкомпании будут делать ставку на лекарственные формы, не входящие в ЖНВЛС, – считает Виктор Епимахов, начальник департамента маркетинга ЗАО «Партнер». – Также стоит ожидать ослабления конкурентного давления, появления новых программ, основанных на перечне ЖНВЛС».

Крупные аптечные сети свои потери компенсируют, уверены эксперты, в том числе за счет повышения цен на препараты не из списка ЖНВЛС. Все-таки до момента введения госрегулирования цен рентабельность аптечного бизнеса в целом по рынку составляла 5-10% в зависимости от региона (в Москве доходила до 15%, а в Питере до 6-12%). А вот небольшие региональные аптеки, находящиеся в малонаселенных пунктах, чей асортимент не расчитан на состоятельных покупателей, действительно могут пострадать.

Регулировать цены на ЖНВЛС надо было совсем не так, говорят эксперты. «Вся ситуация, которая у нас происходит с лекарствами – это полный бардак, никаких наценок на лекарства из перечня ЖНВЛС быть не должно, – говорит Павел Воробьев, профессор, заместитель председателя формулярного комитета РАМН. – Во всем мире лекарства, которые являются жизненно необходимыми для людей, отпускаются за государственный счет или за счет страховых компаний. Могут быть системы сооплаты, когда аптека получает за свою работу определенную фиксированную сумму и делит ее с дистрибьютором. Покупать лекарства для больных людей должно государство, это государственное обязательство перед собственным народом». У нас же крайними сделали потребителей.